Все начиналось с римского права… – Ректор МГЮА Виктор Блажеев

Школьные друзья именовали его Следователем, а он видел себя в образе совершенного сыщика из сериала «Следствие ведут ЗнаТоКи». Понимание, что полковником Знаменским он не станет, обрушилось на протяжении институтской практики при первом же выезде на место правонарушения… Приходилось ли об этом жалеть? И как частные события определяют отечественную судьбу?
Размышлениями о выборе опытного пути с главным редактором Информационно-юридического портала «Закония» Рубеном Маркарьяном делится ректор Столичной Национальной Юридической Академии, заслуженный юрист России, судья Спортивного арбитражного суда, доктор наук, кандидат юридических наук Виктор Блажеев:


Виктор Блажеев об истоках собственной юридической карьеры

— Вы знаете, в детстве так сложилось, что сперва увлекался историей. А это, конечно, Рим и римское право… Возможно, к 7-8 классу совсем сложилась тяга к праву, и тут сыграл собственную роль сериал «Следствие ведут ЗнаТоКи», в то время достаточно узнаваемый, мы с ребятами его наблюдали по телевидению…

-Совершенные советские сыщики…?

— И совершенное следствие! Вот так и появилось желание быть следователем. Не судьей, не юристом, о них я не сильный представления имел. А вот поэтому справедливость, совершенные, как Вы верно сообщили, детективы, которые раскрывают все правонарушения, причем талантливо, умело, с применением всевозможных приемов… И помимо этого, добропорядочные лица. Это притягивало. И без того мы увлеклись с товарищем по классу, что нас все даже именовали следователями, в силу того, что мы им пробовали каким-то образом подражать.

-Виктор Владимирович, а где вы обучались?

— Я появился на Украине в обычном поселке, ходил в обычную школу. К восьмому классу мы так были увлечены правом, что я отправился получать образование юридический техникум. Поступил в Черниговский, в 76 году, в 79 году закончил. Я был очарован моей будущей профессией, у меня никаких важных внутренних «копаний» не было, я сделал вывод, что буду юристом. Действительно, сперва я ушел в армию.

— Не забывайте, как помогали?

— Служил в Свердловской области, в Елани. В том месте была учебная дивизия. Я прошел в том месте путь от рядового до старшины роты танковой дивизии. Был наводчиком-оператором военной машины пехоты в мотострелковом полку.
Потому, что это была «учебка», через полгода мне присвоили звание сержанта . Возможно было уйти в армии, но меня покинули , чтобы я продолжил работу и занялся подготовкой будущих экспертов. Я пологаю, что изначально мои преподавательские навыки оттуда, из армии. Это весьма добрая школа. Сейчас довольно часто говорят об армии не через чур лицеприятно, а я в любой момент с признательностью ее вспоминаю. Она дала первый опыт педагогики в экстремальных условиях. Ты среди одинаковых, и тебе нужно их в чем-то убедить. А это достаточно сложно с учетом того, что прежде не было опыта важного. Исходя из этого я в том месте такую непростую школу прошел…
Кстати, в 2009 году, как раз через 3 десятилетия после того, как я призывался, была громадная конференция в Екатеринбурге в Уральской юридической академии. И отправившись в том направлении, я попросил друзей устроить мне экскурсию в ту часть, где я служил.

— И оказалось возвратиться в молодость?

-Да, этот армейский город существует, мы в том направлении приехали в учебный полк. Меня пронзило до глубины души. Отыскал в памяти размещение отечественной части, видел и ту кровать, где я дремал, в том месте сейчас второй боец, и мы с ним познакомились… Это был какой-то замечательный взаимообратный процесс: и ему приятно было, и для меня очень мило…
Ну вот, я возвратился из армии, приехал в Москву, поступил во Всесоюзный заочный университет. А вообще стремился на юрфак МГУ, в силу того, что это бренд. Но по срокам не успевал сдать в том направлении документы, они были сокращенные. И я отправился на вступительные в ВЮЗИ, чтобы собственные силы перед «прыжком», что предстояло совершить в следующем году. В следствии мой товарищ не поступил, а я прошел экзамены. И был весь месяц мучений: обучаться либо кинуть.

— Мучений..!?

— Ну, в МГУ хотелось все же весьма… Но я уже приступил конкретно к учебе в ВЮЗИ. Он был одним из наибольших учебных заведений, 47 филиалов по всей стране, от Одессы до Сахалина. Вот когда я отыскал в памяти те книжки, над которыми корпел в техникуме! Тут был их авторы – Марк Аркадьевич Гурвич (тогда он был завкафедрой гражданского процесса) и Зиновий Михайлович Черниловский, Владимир Александрович Рясинцев, Адреев, Здравомыслов, плеяда красивых ученых-педагогов.

-Так и я этим книгам я обучался!

-Да, это была будущее. И вопросов, где обучаться, вообще больше не появлялось. Я горжусь, что закончил вечернее отделение Всесоюзного юридического заочного университета! Закончил-то я на «превосходно» и отправился в аспирантуру. У меня было право выбора: или заниматься практической работой, или научно-педагогической.

— А сыщиком так и не было нужно поработать…

-Не было нужно. Тут тоже был один курьезный случай. На 4 курсе проходил практику в Щелковской муниципальный прокуратуре. И в том месте в первый раз я столкнулся не с той идеалистической картиной, которую я замечал в кино, а с практикой. Я выезжал «на труп», а он энное время весной пролежал в помещении… И я осознал, что это не мое. Ну не смогу я этим заниматься!
И был еще один эпизод: я познакомился со своим преподавателем, у которого после этого защищал кандидатскую, Вадимом Филипповичем Тараненко, на мой взор, легендарным человеком. Он доктор наук, профессор , на кафедре гражданского процесса, фронтовик, взявший в сорок пятом тяжелое ранение, — был разведчиком. В День Победы в Москве, когда был салют, он утратил зрение, лежал в военного госпиталь. И после он закончил юрфак МГУ с отличием, защитил кандидатскую, докторскую, преподавал блестяще…
В большинстве случаев студент относится к наукам так, как и к их учителям. В случае если тебе нравится человек, что несет тебе знания, то и отношение к его предмету складывается определенное. Я до этого ни при каких обстоятельствах не занимался гражданским процессом. А он привил мне такую любовь к этой дисциплине, как он умел это делать…
И я занялся арбитражем. Тогда это были Госарбитражи, другими словами споры между ведомствами, национальными фирмами, и это было полностью неинтересно с позиций потенциальной работы юриста.

— Как же вы поднялись на таковой неинтересный «конвейер»?

— А вы знаете, вот так он меня заинтересовал! Я тогда еще не ощущал никакого потенциала… А он мне привил интерес к этой дисциплине, и самое основное – научный интерес. Когда я окончил университет, у меня был выбор: или на кафедру уголовного процесса, или на кафедру гражданского процесса. И я выбрал гражданский процесс без всяких сомнений. Сдал удачно экзамен, и после этого Тараненко был у меня научным руководителем. Вот так и бывает, что частные эпизоды, которые имели место быть, определяют судьбу. И я ни йоту не сомневался, что верно избрал эту профессию, в силу того, что она красива, многолика, многообразна, у нее масса сфер приложения, через нее ты постигаешь многие сферы судьбы…

— А юристом Вам быть приходилось?

-И это было. По двум причинам: 90-е годы, труд учителя ценился весьма низко…

— Другими словами он ценился высоко, а оплачивался низко.

-Ну да, зарплата была очень скромной… А необходимо было кормить семью, которой я к тому моменту обзавелся. Вторая причина: я занимался гражданским и арбитражным процессом, это было создания развития системы и начало отраслей арбитражных судов, и это было весьма интересно. Конечно, как учитель я всегда ощущал, что мне нужна была практическая «подпитка», я обязан следить за ситуацией . И вот мне практика как раз…
Сперва не стал юристом, испытал трудиться юристом на различных компаниях, позже осознал, что это не весьма интересно и нудно, и ты занимаешься весьма узким вопросом. И вот в 94 году я вступил в Столичную городскую комитет юристов. Весьма деятельно занимался адвокатской практикой и в один момент преподавал, одно дополняло второе.

— Преподавательская работа – это же как на фронте…

-Согласен. Но, овладевая работой юриста, я постигал многое, что тяжело забрать из теории.

— Сейчас Вам «на фронт» не хочется? В суд, в смысле?

-Эх, хочется время от времени. Осознаёте, что именуется, хочется почувствовать тот нерв. Сейчас меньше внимания уделяешь практической работе. А иначе, студент, может, и не обогатит тебя знаниями, но время от времени он так вынудит задуматься собственной постановкой вопроса, которая уходит от стереотипов, а ты к ним ты привык… Что заставляет и твои мозги трудиться самую малость в другом направлении, и это тоже весьма полезно. Такое слияние идеально, на мой взор: когда ты участвуешь в практике и занимаешься научной деятельностью…

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *